 |
|
НОЧНОЙ ПОЛЕТ
На снегу лежат следы
Словно плеши, словно плеши
Поперек следов - столбы,
На которых свет повешен,
Он растерзан и раскис
Полосатый, как тельняшка,
Свет беспомощно обвис
На троллейбусных растяжках.
Только Ночь, Ночь, Ночь
Только Ночь, Ночь, Ночь
Только Ночь, Ночь, Ночь
Только Ночь, Ночь, Ночь
Я, как будто малый гном,
Еле видный мальчик-с-пальчик,
По дороге в гастроном
Лишь неясно обозначен.
И, ненужен, прохожу,
Словно тень я, словно тень я,
В зеркале окон гляжу,
Не имея отраженья
В эту Ночь, Ночь, Ночь
В эту Ночь, Ночь, Ночь
В эту Ночь, Ночь, Ночь
В эту Ночь, Ночь, Ночь
Где забытый светофор
Встрепенется ритмом "Reggey",
Вдруг стрельнут в меня
В упор
Злые мысли о побеге,
И сожмет виски в тиски
Боль до умопомраченья,
Я завою от тоски
Без сомненья и стесненья.
Там, где Ночь, Ночь, Ночь
Там, где Ночь, Ночь, Ночь
Там, где Ночь, Ночь, Ночь
Там, где Ночь, Ночь, Ночь
А когда отступит страх
На секунду, миг короткий,
Как взлечу я на крылах
Над бульваром и высоткой,
И, над Яузой летя,
Громко свистнув
Что есть мочи,
Пронесусь дугой шутя
В черной ночи
Между прочим.
В эту Ночь, Ночь, Ночь
В эту Ночь, Ночь, Ночь
В эту Ночь, Ночь, Ночь
В эту Ночь, Ночь, Ночь
(27-28 января 2001 года. Ночь)
ЛЮДОЕД ПОЙМАН
я часто вижу его
по утрам когда бреюсь
он плюет мне из зеркала
прямо в лицо
и тогда я опасною
бритвою режусь
чтоб увидеть на нем
след кровавых рубцов
людоед пойман
людоед пойман
людоед пойман
но не пленен
людоед пойман
людоед пойман
людоед пойман
и я явно не он
у него те же глаза
и та же улыбка
у него в левом ухе
по отдельной серьге
он смолит мой житан
и с соседскою лидкой
он давно и надежно
на короткой ноге
людоед пойман
людоед пойман
людоед пойман
но не пленен
людоед пойман
людоед пойман
людоед пойман
и я явно не он
это я, а не он
когда жизнь на излете
умею крылами
луну подметать
и несясь сквозь парсеки
в таранном полете
навзлет биться о землю
но снова вставать
людоед пойман
людоед пойман
людоед пойман
но опять не пленен
людоед пойман
людоед пойман
людоед пойман
и я явно не он
МОЯ БАБУШКА КУРИТ ТРУБКУ
Моя бабушка курит трубку,
Черный-пречерный табак,
Моя бабушка курит трубку,
В суровый моряцкий затяг.
Моя бабушка курит трубку
И обожает огненный ром,
А когда я к бабуле
Заскочу на минутку,
Мы с ней его весело пьем.
У нее ни черта не осталось
У нее в кошельке три рубля.
Моя бабушка курит трубку,
Трубку курит бабушка моя.
Моя бабушка курит трубку
И чертит планы захвата портов,
А потом берет в плен
очередную соседку
И продает ее в бордель моряков.
Та - становится лучшей шлюхой,
Та - становится женщиной ВАМП,
У нее - голубые корсет и подвязки,
А на шее - атласный бант.
У нее ни черта не осталось,
У нее в кошельке три рубля,
Моя бабушка курит трубку,
Трубку курит бабушка моя.
Моя бабушка курит трубку
В комнатенке хрущевки своей,
Моя бабушка курит трубку
А сквозь дым видит волны морей.
Ее боятся все на свете пираты
И по праву гордятся ей
За то, что бабушка грабит
И жжет их фрегаты,
Но щадит стариков и детей!
Ведь у нее ни черта не осталось!
У нее в кошельке три рубля,
Но моя бабушка курит трубку,
Трубку курит бабушка моя!
(20 октября 2000 года. Ночь)
|
